интересно
Предыдущая | Содержание | Следующая

Продовольственная и лекарственная безопасность России

Почти каждая цивилизованная страна имеет свои законы о продовольственной и лекарственной безопасности. Россия не имеет таких законов. Ни руководство страны, ни Дума не признают необходимости принятия таких законопроектов. А ведь речь идет не только о производстве сельхозпродукции, но и о физической и экономической доступности пищевых продуктов. У нас нет готовности к возможному продовольственному кризису, нет продовольственных планов на особый (чрезвычайный) период, например при наводнениях в регионах, при засухе и т.п. По опыту других стран в развитие закона о продовольственной безопасности мы должны еще принять дополнительный закон о чрезвычайной продовольственной ситуации.

Россия фактически уже сидит на продовольственной игле, так как полностью зависит от импортного продовольствия. Если сейчас в силу каких-то внешнеполитических причин прервется импорт продовольствия, то в России начнется массовый голод. В самом деле, дневная энергетическая норма человека составляет в среднем 3000 ккал. Тогда как сейчас в России она в среднем упала до 2300 ккал (в 1990 г. она доходила в среднем до 3400 ккал). Из имеющихся 2300 ккал 1000 ккал приходится на импортные продукты питания, а на российские продукты остается всего 1300 ккал, тогда как 1500-1600 ккал на человека – это уже голод. Поэтому прекращение импорта продовольствия приведет к массовому голоду в России.

Деградация сельхозпроизводства идет очень быстро. По самым заниженным цифрам около 30 млн. гектаров земли у нас не обрабатывается, так как нет техники, нет людей, некому работать на селе. Труд земледельца, животновода сегодня самый низкооплачиваемый в стране, поэтому молодежь уходит в город, что вызывает тревогу. К счастью, последние два года (2001-2002 гг.) из-за хороших погодных условий и высокого урожая зерна (85 млн. тонн, или 600 кг на человека). Россия перестала закупать зерно и даже стала экспортировать в другие страны. Систематическое недоедание и несбалансированное питание в нашей стране разрушительно действует на организм. Ослабленный организм очень подвержен болезням.

США – самый крупный поставщик продовольствия в другие страны, поэтому продовольственное эмбарго может служить для США инструментом политического нажима.

Судите сами, если научно-медицинская норма мяса на душу населения составляет 80 кг, то сейчас на душу населения в России приходится всего 30 кг, тогда как в 1990 г. приходилось около 75 кг. Если научно-медицинская норма молока на душу населения составляет 360 литров, то сейчас в России приходится 220 литров на человека, тогда как в 1990 г. приходилось 380 литров.

Считается, что страна нормально развивается, если на душу населения производится около тонны зерна. В США производится 1200 кг на человека, в Европе – около 1000 кг, в России приходится в среднем около 500 кг на человека (а в 1990 г. производилось до 800 кг).

В коллективных хозяйствах в России в 1990 г. содержалось 50 млн. овец, тогда как сегодня осталось всего 4 млн. овец. В два раза сократилось число коров, и на восстановление поголовья потребуются десятилетия. Мы не способны конкурировать с США, которые ввозят в нашу страну дешевые куриные окорочка и т.п.

Ввоз в нашу страну продуктов питания превысил всякие разумные пределы. Наш рынок совершенно не защищен правительством ни продовольственными тарифами, ни квотами. Спасти положение довольно сложно, требуется крупные внутренние и зарубежные инвестиции. Особенно сложно будет, если мы вступим в ВТО, где нашему сельскому хозяйству придется открыто конкурировать с мировым.

Несколько слов о лекарственной безопасности страны. Представляется, что рост энтропии для российской фармацевтической отрасли заканчивается.

Отечественная фармацевтика за счет роста энтропии за последние 10 лет почти уничтожена. Мировых производителей лекарств такое положение дел полностью устраивает. Они приложили немало сил, чтобы уничтожить российского конкурента и прибрать к рукам огромный российский рынок. За счет повышения энтропии российской фармацевтической отрасли снизили энтропию у себя. Сегодня в российских аптеках 90% импортных медикаментов. Причем 70% составляют ввезенные препараты, а из выпускаемых у нас в стране оставшихся 30%, якобы российских препаратов, 70% производится из импортных компонентов. Таким образом, чисто российских лекарств в аптеках всего 9%.

При этом цены на импортные и аналогичные российские препараты отличаются в сотни раз. Так, что здоровье нации при незначительных количествах своих дешевых лекарств находится в прямой импортозависимости и грозит безопасности нации.

Необходимо объединение еще оставшихся разрозненных отечественных научных учреждений и производственных предприятий в жестко структурированные концерны, контроль над которыми будет осуществлять государство Создающиеся сейчас химико-фармацевтические концерны будут системно объединять три блока: науку (десяток НИИ), производство субстанции (на основе современных биотехнологий) и производство готовых лекарственных форм.

Такое структурное замыкание полного фармакологического цикла позволяет существенно сокращать внутренние расходы и добиваться высоких качественных и финансовых результатов. Такое химико-фармацевтическое объединение может стать государственным научным центром развития медицинской в биотехнологической промышленности.

Очевидно, что сегодняшнее положение дел в фармацевтической промышленности и запредельные цены на лекарство – прямая угроза национальной безопасности. Пока в стране не будет своих собственных лекарств, придется соглашаться со сверхвысокими ценами, которые диктуют ей поставщики, отчего больницы остаются без медикаментов. Реструктуризация и концентрация уже имеющихся научных и промышленных потенциалов даже без дополнительного бюджетного финансирования позволит осуществить масштабную государственную программу снижения фармацевтической энтропии и восстановления собственной фармацевтической промышленности для обеспечения страны своими, более дешевыми лекарствами необходимого качества и в нужном количестве.