интересно
Предыдущая | Содержание | Следующая

Разделение труда и обмен

Необходимые для существования продукты

В своем исследовании Смит отталкивается от тривиального определения богатства как "необходимых для существования и удобства жизни продуктов" (Смит, 1776, том 1, стр. 65, 17). Но это определение обнаруживает существенные различия по сравнению с предшествующими определениями. По сравнению с меркантилистами, для которых богатство является денежным, для Смита оно — реальное. В то время как для физиократов оно земельное, Смит утверждает, что оно произведено. Всякое "исследование природы и причин богатства народов" отталкивается от вопроса: откуда появляются блага, которые потребляют граждане определенной страны? Смит отвечает на него так: эти блага — продукт труда.

"Годичный труд каждого народа представляет собою первоначальный фонд, который доставляет ему все необходимые для существования и удобства жизни продукты, потребляемые им в течение года и состоящие всегда или из непосредственных продуктов этого труда, или из того, что приобретается в обмен на эти продукты у других народов" (65, 17).

Интересоваться способами увеличения богатства — это одновременно и исследовать причины увеличения

производительности труда (начало заголовка 1 книги). Производительность труда растет по мере углубления разделения труда, т.е. когда каждый занимается делом, к которому у него есть способности:

"Величайший прогресс в развитии производительной силы труда и значительная доля искусства, умения и сообразительности, с какими он направляется и прилагается, явились, по-видимому, следствием разделения труда” (71, 21).

Смит приводит пример, который стал традиционным: рабочий, совершающий все операции, может изготовить одну булавку за весь день, в то время как если эти операции разделены между десятью рабочими, то производство булавок поднимается до 48000 штук в день или 4800 булавок на одного рабочего. Разделение труда, таким образом, позволяет значительно повышать количество благ, которое может произвести данное число рабочих.

В данный момент представляется уместным понять, как случилось, что человеческое общество узнало разделение труда. Причиной, вызвавшей разделение труда, согласно Смиту, явился обмен.

“Разделение труда, приводящее к таким выгодам, отнюдь не является результатом чьей-либо мудрости, предвидевшей и осознавшей то общее благосостояние, которое будет порождено им: оно представляет собою последствие — хотя очень медленно и постепенно развивающееся — определенной склонности человеческой природы, которая отнюдь не имела в виду такой полезной цели, а именно склонности к мене, торговле, к обмену одного предмета на другой” (81, 27).

Склонность к обмену свойственна только людям: “никому никогда не приходилось видеть, чтобы собака сознательно менялась костью с другой собакой” (81, 27). Это свойство объясняется не нравственными качествами людей, а их выгодой:

“Всякий, предлагающий другому сделку какого-либо рода, предлагает сделать именно это. Дай мне то, что мне нужно, и ты получишь то, что тебе нужно, — таков смысл всякого подобного предложения. Именно таким путем мы получаем друг от друга значительно большую часть услуг, в которых мы нуждаемся. Не от благожелательности мясника, пивовара или булочника ожидаем мы получить свой обед, а от соблюдения ими своих собственных интересов. Мы обращаемся не к их гуманности, а к их эгоизму, и никогда не говорим им о наших нуждах, а лишь об их выгодах” (82, 28).

Разделение труда существует только потому, что обмен переплетает людей, их отношения, в которых существует выгода для каждого.

2.2 Общество как торговый союз

Таким образом, обмен лежит в основе благополучия как отдельных лиц, так и богатства наций; при этом именно размеры рынка определяют рост этого благополучия и богатства.

“Так как возможность обмена ведет к разделению труда, то степень последнего всегда должна ограничиваться пределами этой возможности обмена, или, другими словами, размерами рынка. Когда рынок незначителен, ни у кого не может быть побуждения посвятить себя целиком какому-либо одному занятию ввиду невозможности обменять весь излишек продукта своего труда на нужные ему продукты труда других людей” (85, 30).

“Цивилизованные и процветающие народы” (в отличие от “диких народов”, живущих охотой и рыбной ловлей) являются таковыми только потому, что вся их жизнь основана на обмене: “каждый человек живет обменом или становится в известной мере торговцем, а само общество превращается, так сказать, в торговый союз” (91, 33). Распространение обмена происходит, в частности, через технические усовершенствования в его функционировании, основное из которых — введение денег. Фактически, они позволяют избежать прямого обмена товаров попарно, предполагающего, что каждый производитель нуждается в товаре, произведенном другим производителем (то, что Джевонс назовет через столетие "двойным совпадением потребностей"). Таким образом, единственная роль денег — облегчать обмен, являющийся по своей истинной природе системой всеобщей торговли.

Анализировать общество с точки зрения политической экономии — значит объяснить функционирование обмена, то есть определить меновую ценность товаров. Речь идет теперь о исследовании правил, "согласно которым люди обменивают товары друг на друга или на деньги. Эти правила определяют так называемую относительную, или меновую, ценность товара" (96, 36).

Следовательно, мы теперь будем рассматривать блага не с точки зрения потребностей, которые они удовлетворят (а людей — не с точки зрения их отношения к благам в процессе потребления), а с точки зрения их способности обмениваться (а людей — с точки зрения отношений, в которые они вступают с другими людьми через посредство товаров).